Стамбул – основное поле битвы

Стамбул – основное поле битвы

Главным полем битвы стал Стамбул. Именно сюда были посланы лучшие дипломаты ее величества королевы Виктории и его величества императора Наполеона III, чтобы защищать интересы своих монархов.

Францию представлял опытный дипломат, посол Тувенель, Англию — не менее опытный сэр Генри Булвер.

Они почти не встречались. Как будто работали не в одном городе. Ловко избегали друг друга. И знали друг о друге все или почти все. Кто что предпринимает, где был или куда собирается идти, кому наносит визит, сколько времени провел у султана до обеда и сколько после обеда в резиденции турецкого правительства.

В конце ноября в Стамбуле появился главный участник сложной игры за канал, держатель редкостного и одновременно сомнительного документа об исключительном праве на строительство канала, господин Фердинанд Лессепс.

Его приезд вызвал определенную нервозность. Какой ход предпримет этот изворотливый человек?

Уже 23 ноября Лессепс пишет в Париж своим друзьям:

«Я еще не был у турецких властей, и предстоящий визит меня очень волнует. У сэра Генри Булвера в день моего приезда была лихорадка. Но мое появление подействовало на него как добрая доза хинина. Уже на следующий день он ринулся в бой».

Лессепс вновь обрел уверенность, к нему вернулось и чувство юмора. Ведь он располагал словом императора.

Тувенель выбрал единственно правильную тактику: избегать политической стороны вопроса, придерживаться исключительно финансового мотива. Его главной картой было сохранение европейского частного денежного вклада. И здесь он легко нашел союзников: австрийского посла, русского посла, испанского посла и дипломатического представителя Пьемонта и Сардинии. Это был сильный фронт, хотя и не всегда надежный.

Сэр Генри Булвер оказался в изоляции. Лондон ежедневно бомбардировал его инструкциями. Работы у него было предостаточно. Булвер вынужден был вести наблюдение за всем дипломатическим корпусом. Следить за действиями послов, их визитами в резиденции турецкого правительства, к отдельным министрам, быть в кур­се настроений в правительстве и быть готовым немедленно вмешаться, если какой-нибудь турецкий министр вдруг проявит колебания или готовность к уступке.

- Мои личные отношения с сэром Булвером,— говорил Лессепс,— очень дружественные. Мы не позво­ляем увлечь себя спором. Сэр Булвер не скрывает от меня, что утром он стремится ликвидировать то, что вчера вечером сделал господин Тувенель. Увы, у него плохая привычка, он просыпается слишком поздно.

Граф Валевский попытался решить проблему путем непосредственных переговоров с Лондоном. 



Назад в раздел