Вопрос приобретает всё большего резонанса

Вопрос приобретает всё большего резонанса

Лессепс быстро обсудил дела в Каире с Мухаммедом Саидом и, получив его уверения, что слово паши действительно по-прежнему, собрался ехать через Палестину в Стамбул. Но тут внезапно паша получил два важных письма.

Одно было от шурина Саида, Кямиль-паши, председателя Дивана.

«Вдохновленный глубочайшей преданностью Вам и столь же глубокой преданностью будущности Египта, считаю своим долгом предостеречь Вас и обратить Ваше внимание на опасную ситуацию, в которой Вы оказались,— писал Кямиль-паша своему шурину.— Я надеюсь, что Вы не будете настаивать на роковом проекте, который непременно привел бы Вас к конфликту с Англией».

Второе письмо было от великого визиря Решид-паши. Он не отрицал, что сооружение канала было бы весьма полезным делом и что проект нашел благоприятные отклики турецкого правительства, тем не менее он вынужден выразить глубокое сожаление по поводу того, что паша своими действиями бросается в объятия Франции. Его отец Мухаммед Али в свое время сделал ту же ошибку. Решид-паша писал:

«Франция ничем помочь Вам не может, равно как и навредить, в то время как Англия в состоянии причи­нить много вреда, если Вы потеряете ее поддержку». И добавил, что султан будет очень огорчен, если паша продолжит это опасное дело. Он рискует тем, что в порту Александрии бросят якорь военные корабли.

Ни для кого не было тайной, кто инспирировал эти письма. Ибо ни председатель Дивана, ни глава турецкого правительства никогда не позволили бы себе такой рез­кий тон в отношении самого могущественного вассала.

В Каире письма произвели эффект разорвавшейся бомбы. Мухаммед Саид был так взволнован, что велел немедленно созвать военный совет. В таком воинствен­ном настроении он принял французского генерального консула.

- Решид-паша — всегда лишь комедиант,— заявил он в бешенстве,— прожженный и продажный интриган. Но он ошибается, если считает, что будет меня шантажировать, как шантажировал моего отца. Я не позволю, чтобы из меня делали дурака.

В Стамбуле оба письма имели неожиданные последствия.

Бенетти, узнав о письме Кямиль-паши, тут же нанес визит Решид-паше и заявил резкий протест против нападок на Францию. Однако великий визирь утверждал, что о письме он узнал после того, как оно было послано.

Дело с письмами привело к правительственному кризису, который завершился уходом в отставку турец­ких государственных деятелей. А их протеже, лорд Стрэтфорд, находился в это время с дипломатической миссией в Крыму. На сей раз Стрэтфорд переусердствовал — жертвой стал Решид-паша. Казалось, дело принимает иной оборот. 



Назад в раздел